Что можно и чего нельзя в XXI веке?

Интернет: bmstu.ru/~ecoethika                                                      E-mail: congress@bmstu.ru

                    library.bmstu.ru                                                                           homo@bmstu.ru

 

 

 

Книга В.Н. Волченко "Миропонимание и экоэтика XXI века"

 

Научно-учебный центр "Экоэтика", МГТУ им. Н.Э. Баумана

Главы из книги.

О книге.

Это издание связано с деятельностью Инженерно-философского семинара "HOMO", проходящего в МГТУ им. Н.Э. Баумана. Руководитель семинара - ректор МГТУ им. Н.Э. Баумана, проф., д-р техн. наук И.Б. Федоров. Семинар основан в 1980 году ректором МВТУ имени Н.Э. Баумана акад. Г.А. Николаевым. Кредо семинара: нетривиальность проблем, корректность материалов и дискуссий, компетентность авторов, цензура -  только нравственная. Москва, МГТУ имени Н.Э. Баумана, 2001.

 

Междисциплинарный инженерно-философический семинар "homo"-Человек 

 

Хроника новостей

 

Теорема Гёделя, теорема Эшби и принцип дополнительности Бора. В надежде на науку, как панацею от человеческой глупости, ее апологеты забывают о том, что она отнюдь не всесильна. Наряду с поразительной эффективностью математических моделей в описании природы имеется ряд ограничений этой эффективности. Например, известна теорема Гёделя, в которой доказывается принципиальная неполнота простейшей арифметики. Можно полагать, что Гедель показал принципиальную ограниченность возможностей полного описания систем.

Причем теорема оказалась справедливой не только для математических, но и для любых сложных, например, живых систем. Теорему Геделя можно осознать и как формализованную модель философского принципа “скромности” — принципиальной ограниченности возможностей человеческого разумения (М. Ктони, 1995).

Согласно Геделю «полное… описание языка А нельзя осуществить на том же языке А…» Если учесть, что, согласно Канту, математика — это язык, то жизнь требует многообразия языков. В математике таких языков стало настолько много, что часто один ученый не может понять другого, использовавшего новую, только ему известную математическую систему. Например, математический язык теории суперструн кардинально отличается от языка теории торсионных полей. Это курьез, но рассказывают, что специалист по абстрактной теории чисел, будучи оппонентом на одной из докторских защит в МГУ им. М.В. Ломоносова, никак не мог понять защищавшегося специалиста по высшей топологии.

Обратившись к религиозным, христианским догматам, можно вполне говорить о теореме Гёделя как о принципе ограничения человеческой гордыни. Как известно из Евангелия, гордыня один из тяжких грехов. Кстати, традиция христианской теологии задолго до естествознания смогла осознать фундаментальность проблемы несоизмеримости всякого человеческого знания с той высочайшей Мерой всего Сущего, которой дали имя Бог.

Истоки взглядов, отражаемых в современной теореме Гёделя, находятся во многих религиозных системах. Например, в конфуцианстве имеется учение о необходимости соответствии имени, мыследействия и выбора решения. Индуизм и буддизм по-своему глубоко развертывают учение о принципиальной невыразимости Истины человеческим языком.

Изложенная выше концепция неполноты научного познания истины, видимо, была забыта в период технократического увлечения успехами современной цивилизации. Это и привело общество на грань экологического кризиса, в том числе за счет нескончаемого перечня инженерных ошибок в “покорении” природы.

С нашей точки зрения вполне логичным развитием теоремы Геделя можно считать теорему Эшби о необходимом разнообразии. Суть принципа Эшби состоит в следующем: максимальная эффективность и устойчивость характерна для таких сложноорганизованных систем, в которых максимально внутреннее разнообразие (количество и качество составляющих систему элементов и их внутренняя дифференциация). Для нас принцип Эшби исключительно важен по двум позициям. Во-первых, выше мы определили информацию именно как меру структурно-смыслового разнообразия. Во-вторых, вводя показатель витальности, растущий при эволюции сложных систем от неживых к живым, мы фактически заложили в витальность принцип Эшби. Далее логично сказать, что развитие жизни — это рост информации…

С другой стороны, для более полного понимания глобальных ошибок цивилизации весьма полезен еще один мудрый принцип, идущий как бы навстречу теоремам Гёделя и Эшби, — принцип дополнительности Нильса Бора. Великий физик сформулировал этот принцип применительно к квантовым процессам. Наиболее яркой его иллюстрацией может служить взаимная дополнительность корпускулярных и волновых свойств элементарных частиц, например, электронов. В дальнейшем из физики принцип дополнительности был самим Бором перенесен в другие науки, такие как философия, психология и т.п.

С нашей точки зрения принцип дополнительности применим практически во всех приложениях научной деятельности. Особенно эффективен он в сочетании с теоремой Гёделя. Поясним это утверждение на нескольких примерах из экоэтики.

Заблуждающийся разум — его необходимость. Человек, создав первую простейшую машину, смоделировал отдельную черту своей деятельности. С усложнением моделей их выводили за пределы человеческого естества, отчуждая как бы в пользу машин. Такое моделирование позволяло лучше понять природу и формализовать знания о ней. Но развитие техники и познание человеком самого себя оказались разнонаправленными процессами. Между техникой и человеческим сознанием появились некие “ножницы”. Причем, как это ни печально, чем выше достижения науки-техники, тем больше отчуждаются от них человеческие духовные потребности, его нравственные императивы.

В то же время чем более сложным и развитым становится разум и решаемые им задачи, тем он должен быть более раскованным и рискованным, рефлексивным и самокритичным. В этой связи философ И.Т. Касавин (“Заблу­ждающийся разум”, 1991) высказывает, по видимости, парадоксальную мысль: чем совершеннее разум, тем более подвержен он заблуждению. Можно сказать, что заблуждение — это в некоторой степени продукт высокоорганизованного мышления.

Основания для такого вывода дает и история философского мышления. И материализм, и идеализм строили первые образы знания как онтологические конструкции. Например, качество мыслящего интеллекта ставилось в прямую зависимость от “гладкости и тонкости” материи атомов (Демокрит), от причастности человека надлунному или земному миру (знание и мнение у Платона). Познание, в котором объект значил бы более, чем субъект, просто не могло быть понято. Линия онтологизации познавательного процесса продержалась до Д. Юма. Идея познавательной активности и самостоятельности разума, не связанная жестко с онтологией, четко высказана Д. Юмом и И. Кантом. Более того, Кант впервые поставил вопрос о равноправии гносеологических подходов к истине и заблуждению. Иллюзорная природа трансцендентальных идей оказалась выражением не столько “дурной человеческой воли” (Дж. Беркли), сколько результатом чрезмерного познавательного аппетита. Заблуждение, как вечная тяга к запредельному, как неудачная попытка прорыва в незнаемое, было, наконец, легализировано.

Роль нетрадиционных знаний. Понятия традиционного и нетрадиционного знания весьма неоднозначны. Они зависят от позиции наблюдателя, а, вернее, пользователя. Здесь следует выделить, по крайней мере, два подхода.

Первый подход — с теоретических позиций; тут все ясно, — чем старше и древнее знание или учение, тем они традиционнее.

Второй подход можно назвать социальным. Он связан с учетом конкретного времени, характера этноса и общества (социума), а также особенностей личности и групп людей.

Например, опираясь на теоретический подход, мировые религии и учения тысячелетней давности мы обязаны считать традиционными и для России также. Но разные учения родились в разных этносах и в разное время, и хотя Россия многонациональна и даже многоукладна совсем необязательно навязывать ей традиции восточных систем или библейских сказаний.

С позиции граждан самой России, с учетом численности разных групп населения для нее уже более тысячи лет традиционно православное христианство. В то же время власти, защищая права отдельных, даже малочисленных групп, не должны ущемлять права других конфессий, если они добродетельны, а не агрессивны.

То же самое видим и в научном знании — каждая новая теория сначала нетрадиционна, а значит, как правило, отвергаема официозом и непонятна большинству. Но с течением времени новые теории подтверждаются практикой, и прорастает новая научная парадигма, которая может объяснить непонятные ранее так называемые аномальные явления.

Что же делать обществу перед лицом нетрадиционных знаний, учений, религий? Видимо, нельзя идти ни путем жестких запретов, ни путем отпускания вожжей. Запретный плод будет только слаще, а хилая плесень превратится в заросли сорняка. Так сейчас происходит, например, с запретной ранее рокмузыкой и разными видами антикультуры. В СМИ и телевидении вожжи нравственной цензуры отпущены полностью: демонстрация рецептов насилия, агрессии, грубого секса, навязчивость рекламы убивают дух человека и резко понижают стабильность психосферы общества. За несколько лет плесень превратилась в заросли антикультуры, откуда пышным букетом наступает пошлость и криминал.

Итак, “терпимость плюс умный нравственный барьер” — вот путь законного разрешения дилеммы традиционного и нетрадиционного знания и учений. Отметим, что нетрадиционное всегда поначалу отвергаемо, поэтому штампы бессмысленны.

Как наглядный пример приведем историю принятия нетрадиционных для СССР методов китайского иглоукалывания и экстрасенсорного целительства или диагностики. Поначалу Минздрав и его глава “стояли насмерть”: никогда эти лженаучные подходы не пройдут... Однако скоро чуть не половину политбюро начали лечить иглоукалыванием и экстрасенсорными сеансами. Тогда в Москве был создан институт рефлексотерапии. А теперь он носит название института традиционной медицины. Таким образом, традиционность и нетрадиционность должны рассматриваться конкретно и во временной динамике эволюции.

Поскольку понятия традиционный и нетрадиционный несут часто прямо противоположный смысл, предпочтительнее использовать термины тривиальный (обычный, общепринятый) и нетривиальный. Как неоднократно отмечалось, человечество в настоящее время находится явно в нетривиальной кризисной ситуации, которую иногда называют эпохой катастроф. Соответственно, вполне логично искать выход из кризиса также в нетривиальных научных и социальных решениях. При этом следует помнить, что поначалу нетривиальные решения и даже целые науки отвергаются. Так было со “лженауками” кибернетикой, генетикой и многими положениями квантовой механики, связанными, в частности, со взаимодействием сознания наблюдателя с результатами экспериментов в микромире. Однако со временем практика позволяет найти путь от нетривиального к принимаемому всеми верному решению.

Пути постижения знания: разумный консерватизм и нетривиальный поиск. Идея активности познающего мышления привела к процессу активного “покорения природы”, стремление к которому провозгласил Фрэнсис Бэкон. Кстати, Бэкон имел в виду познавательный аспект покорения: “Знание — сила!” Но затем возник очередной парадокс — неудержимый разум “преобразо­вал” природу так, что теперь она стремительно превращается в непригодную для жизни окружающую среду.

Научное познание, возвышенное до трона властелина человеческого духа, попыталось распространить присущие лишь ему нормы на все сферы бытия и сознания. Но то, что работает в науке, не всегда на пользу иным культурным образованиям. Философы, воодушевленные грандиозными успехами науки и техники, а также их мнимыми достижениями, всякое истинное знание рассматривали только как научное. А, может быть, прав был Аристотель, считавший знанием не только знание научное, но и веру, мнение и, конечно, опыт. Добавим к этому перечню еще обыденное сознание, миф, магию, религию, алхимию, астрологию и тому подобный оккультизм. Для “научных пуритан” это все один ряд заблуждений. В то же время последними исследованиями психологов установлено, что нетривиальный поиск новых идей через вненаучное знание, эзотерику и даже оккультизм способствует раскрытию интуитивного канала мышления, воспринимаемого скорее как искусство, чем как наука.

Более целесообразно иметь в виду следующую типологию знания: практическое, духовно-практическое и теоретическое. Конечно, это отнюдь не исчерпывающая классификация, но она позволяет оперировать наряду с понятием “научное знание” также вненаучными и ненаучными знаниями. Трудности этих формулировок были ясны уже Платону, показавшему, что сократовский вопрос “что есть знание?” не допускает тривиального ответа. Важнее осуществить анализ различных форм и типов знания. Тогда, как полагал Николай Кузанский, человеческий разум достигнет подлинного величия и будет способен уподобиться в своем бытии бесконечному Космосу. Однако вслед за И.Т. Каса­виным заметим, что человек уподобляется бесконечности не столько благодаря своему разуму, сколько невежеству и глупости, — именно они безграничны. А разум согласно Канту состоит в полагании своих собственных границ. Мятущийся, страдающий, заблуждающийся разум, погруженный в бесконечный поиск границ, — это и есть самый аутентичный, свойственный человеку разум. Его величие будет тем более ярким, чем скорее он обретет малую толику терпимости к собственному несовершенству.

Приведенные выше философские рассуждения имеют целью показать мировоззренческую сложность проблемы интеллекта, знания и заблуждения. Применительно к проблемам эволюции сознания в номогенезе это очень важно, потому что разделить знание и невежество можно только через целостное проявление культуры и образованности. Об этом подробно говорилось в предыдущих разделах.

Итак, вперед — снова к холизму Платона!

Предисловие научных редакторов

В наше время все отчетливее проявляются нравственные и экологические проблемы, которые пока не имеют решения. Огромные достижения науки, техники, технологии не только продвигают человечество на новые рубежи, но и ставят перед нами новые задачи, заставляют многое переосмысливать. Представляется, что в широком смысле весьма актуален поиск основной исходной концепции мироздания (или как ее называет автор — парадигмы), которая бы отражала новейшие физические, информационные и духовные представления. Сегодня уже многим понятно, что духовность и различные формы сознания наряду с физическими факторами оказывают определяющее воздействие на бытие.

В исходной концепции мироздания — парадигме — должны найти отражение не только вещественный и телесный мир, но и мир информационно-психологический, в котором неизбежно проявляются такие понятия как душа, сознание, память, идеология, религия. При обосновании новой парадигмы автор опирается на весьма обширные, как чисто естественнонаучные факты, так и на метафизические, эзотерические и даже религиозные идеи. В силу отмеченного, это не кажется странным и воспринимается с пониманием. На рубеже двадцать первого века человечество особенно остро начинает осознавать бесперспективность развития технократической цивилизации, основанной на парадигме примата материального над духовным. Издержки такой идеологии очевидны: размытость нравственных критериев порождает кризисы взаимоотношений людей на всех уровнях — межличностном, семейном, национальном, межгосударственном. Велики в мире противостояние и неприязнь.

Замечательные технологические проекты осуществляются без учета интересов живой природы, во многих случаях приводят к катастрофам, губительным для всего живого. В представляемой читателю книге профессора МГТУ им. Н.Э. Баумана Владимира Никитича Волченко четко обозначены эти проблемы и размышления автора о судьбах человечества, тревога за его будущее.

Автор, инженер по образованию и мыслитель по призванию, прошел сложный и насыщенный событиями жизненный путь: инженер и главный инженер в атомной промышленности, известный альпинист, ученый-технолог, заинтересовавшийся гуманитарными и философскими проблемами. Будучи одним из основателей междисциплинарного инженерно-философского семинара "НОМО" (Человек) при МГТУ им. Н.Э. Баумана, он выверял и оттачивал свои мысли в докладах и дискуссиях с участниками этого семинара. Из-за полученной во время работы на атомной станции дозы радиоактивного облучения он почти ослеп, и весь текст книги надиктован им от начала до конца.

Книга отражает глубоко осознанную им необходимость донести до читателя свою озабоченность настоящим, и желание изменить общественное сознание людей на благо всего человечества. И самое важное состоит в том, что ему удалось разработать такую информационно-энергетическую модель возникновения и эволюции вещественного мира, в которой четко показано развитие по замыслу, наперед заданной программе, исходящей из созидающего и животворящего мира тонкого.

В рамках его IЕV-модели тесно соприкасаются две, на первый взгляд исключающие друг друга, концепции — научная и духовно-религиозная. Физической базой IЕV-пространcтва служит квантовый вакуум, а в религиозно-философской терминологии — всепроникающая Божественная среда. Две эти концепции позволяют представить мир не только чисто материальным, а включающим две компоненты — вещественную и духовную. Целостное миропонимание фактически является признанием определенной справедливости древних эзотерических и религиозных учений. В то же время следствием принятия новой парадигмы могут стать более высокие нравственные критерии технического прогресса: наука и техника должны быть не только производительной силой, но и силой сохранения природы и человека.

Информативность, энергетичность и витальность объектов косного и живого вещества, рассчитанные строго на научной основе, показали наличие стрелы времени и смысла, приводящие к возникновению мыслящих существ, человека и сознания, которые по законам обратной связи оказывают влияние на тонкий мир. Сознание человека не только продукт развития материи, — оно находится в постоянном энергоинформационном взаимодействии с тонким миром, является высшей формой информации — творящей информацией. Модель витальности Универсума убеждает в необходимости содружества в XXI веке непримиримых антагонистов ХIХ–ХХ веков: науки, эзотерики и религии.

Человечество неизбежно должно выработать и принять новую парадигму своего развития или погибнуть вместе с искалеченной им биосферой. Книга предлагает читателю путь выхода из кризиса. Автор формулирует основные положения этой парадигмы: признание равноправными физическими реальностями сознания и материи; приоритет духовного в развитии человечества и его технологических проектов; признание единым живым организмом природы и человека; признание человека, как части природы, ответственным за ее благоприятное развитие, за собственное духовное состояние.

Книга предназначена широкому кругу читателей, проявляющих интерес к путям развития человечества, возможностям преодоления кризисных явлений современной жизни и перспективам будущего. Некоторая сложность прочтения отдельных разделов может быть успешно преодолена с помощью разработанного автором подробного словаря терминов и определений. Представляется, что книга профессора В.Н. Волченко будет встречена с большим интересом.

Поскольку работа содержит ряд неортодоксальных положений, рекомендуем ее публиковать в дискуссионном порядке.

Научные редакторы: проф., д.т.н. А.М. Архаров;
проф., д.т.н. Ю.А. Бочаров; доц., к.ф.н. Ю.П. Полуэктов.

Предисловие автора

"И Свет возник во Тьме, и Тьма не смогла его объять…"

Эти строки из Библии напоминают нам, что многие тысячелетия люди, принимавшие свет как животворящий Дух, были вынуждены периодически бороться с властью Тьмы. Зло как Тьма выступало в разных формах, и вот сейчас, через 2.000 лет после Рождества Христова, человеческая цивилизация стремительно скользит в пропасть нравственно-экологического кризиса. Сегодняшняя катастрофа несравненно страшнее тех бедствий, которые выпали на долю человечества ранее. Теперешний кризис глобален как космический катаклизм, но вполне рукотворен.

Сила современной науки и техники оказалась достаточной для поднятия потребностей до небывалого уровня. Но, к сожалению, для спасения природы от хищнического истребления и человеческих душ от окончательного растления не хватает мудрости: нужны необычные решения и новые подходы. Сможет ли человеческий разум преодолеть неотвратимо надвигающуюся катастрофу?

Природа не делится на разум без остатка.

Гете

Эти слова великого мыслителя оказались весьма подходящими для нашей работы, потому что, используя только интеллект, вооруженный техникой человек может принести вреда не меньше, чем пользы. Новую парадигму развития, лишенную опасных для живой природы последствий, разработать без включения высокого эмоционального настроя действительно оказалось невозможным. В геометрическом мире современного естествознания нет места ничему из того, что требуется новой парадигме для превращения из чисто материалистической в духовную.

Отношение человека к миру определяется не одним рассудком, но и чувством…

Л. Толстой

Действительно, сейчас все мыслящие люди согласны, что без гуманизации научного мышления спасти природу, а, значит, и самого человека от гибели не удастся. Остатком от деления природы на разум видимо должны быть Дух и Душа, и автору нужно было построить такую модель, где им есть место. Так родилась концепция информационно-энергетического пространства витальности универсума. Она появилась, пожалуй, как некое озарение во время одного из творческих сообщений.

Но здесь возникло не какое-то “контактерское” видение, а, скорее, результат многолетнего осмысления сути процессов энерго-информационного (ЭИ) обмена в природе. Указанные процессы в последние десятилетия стали предметом изучения исследователей во многих странах мира. Более того, один из профессоров-консультантов Римского клуба, Иштван Ласло, высказал суждение о том, что процессы ЭИ-обмена, относимые часто к парапсихологическим явлениям, должны быть предметом тщательного изучения в целях развития новой научной парадигмы.

Оказалось, что в природе имеют место разные варианты ЭИ-взаимодействий. Например, весьма распространены слабые информационно-энергетические (ИЭ) взаимодействия и даже чисто информационные (ИИ) взаимодействия практически без доступных измерению затрат энергии. Заметим сразу, что само понятие информации, а соответственно ИЭ-взаимодействий пока используются в науке весьма редко. Более того, многие ортодоксальные исследователи считают, что вообще не может быть преобразования информации в энергию.

Пути постижения истины: путь размышления — самый благородный,
путь подражания — самый легкий, путь опыта — самый горький.

Конфуций

Прийти к концепции ИЭ-пространства помог жизненный и научный опыт автора. Дело в том, что в 50–70-е годы, когда автор работал в ядерной энергетике, он встречался с процессами, где плотности мощности в системах составляли до 1010…1020 Вт/см2. Позже, в 80-х годах, автор ушел в инженерную экологию, здесь были мощности на уровне не более 102–103 Вт/см2. Затем его деятельность оказалась связанной с экологией жизни и человека. В живых системах высокие мощности, естественно, смертельны, а нижний пороговый предел энергетичности для биоты составляет 10-10…10-20 Вт/см2. Эти мощности уже не регистрируются современной электромагнитной аппаратурой — они соответствуют ИИ взаимодействиям в биополях, а также процессам при акупунктуре, КВЧ-терапии и т.п.

Оказалось также, что при ранжировании ряда систем по энергии падение энергетичности как бы связано с ростом удельной информативности систем в пределах от 10 до 10100 и более бит/сек на грамм массы. Расположив известные нам живые системы вдоль некой стрелы роста их сложности, мы получили как бы нанизанное на эту стрелу ИЭ-пространство, в котором от косных систем к живым информативность I почти линейно растет, а энергетичность Е гиперболически падает. Указанную стрелу мы назвали стрелой витальности или жизнеспособности V = I / E. На этой стреле как некоей стреле жизни можно построить модель так называемого IEV-пространства как некой диаграммы в осях I, V.

В физике нас приучили использовать понятие геометрического пространства-времени. Но в жестких геометрических рамках нет места каким бы то ни было проявлениям сознания как физической реальности. Предлагаемая модель, как оказалось, позволяет наглядно и результативно решать задачи миропонимания, недоступные в принципе геометрофизике в рамках ее пространства-времени Минковского.

Истина не лежит на поверхности…
Если именно эта религия, эта культура, эта мера вещей…
дают человеку ощущение душевной полноты…
значит… это и есть истина человека.

А. де Сент-Экзюпери

Нетривиальный путь, как это ни парадоксально, приводит нас зачастую к некогда открытым, но затем отвергнутым материалистической философией истинам. Такими “вечными истинами” оказались признание реальности непроявленного информационного мира сознания, а также приятие наукой идеи Творца.

Наряду с указанными двумя древними эзотерическими идеями возникла новая идея приоритета экологии и этики (экоэтики) в любых научно-технических поисках.

В последние десятилетия XX века стало особенно ясно, что чем выше научный и технический рывок, тем опаснее его отрицательные последствия. Научные победы часто оказываются Пирровыми... Достаточно привести примеры Чернобыля, Хиросимы, катастрофическую потерю здоровья как населением, так и всей биосферой, фактическую гибель многих равнинных рек в связи с гидростроительством на Волге, Днепре, Дону и т.п.

Согласно представлениям современной фундаментальной физики, предполагается наличие как вещественного или проявленного мира, так и мира тонкого, информационного, не включающего энергетические и силовые взаимодействия. Он может, например, содержать такие метафорические понятия как Божественная Троица: Абсолют, Логос, Дух. Все эти непривычные для технократического менталитета религиозные термины, однако, вполне укладываются в современное представление об Информации-Сознании как фундаментальном проявлении мира наряду с Энергией-Материей при наличии связующего их Духовного Смысла. В этом плане информация рассматривается как структурно-смысловое разнообразие и его мера.

С учетом современных представлений о компьютерных виртуальных технологиях рационально мыслить информацию в трёх видах: непроявленную (мнимую), проявленную и отображённую — в т.ч. и творящую. Таким образом, мнимая информация соответствует в эзотерике Абсолюту, проявленная — Логосу, а отображённая и творящая — Святому Духу или творческой энергии Космоса — Любви. Указанные соображения исключают причины какой-либо серьёзной конфронтации между Наукой и Религией. Косвенным образом любые научные поиски сотрудничества с религией снижают опасность политических спекуляций на тему межконфессиональных противоречий и религиозных распрей.

С другой стороны, концепция квантового вакуума как носителя вселенской информации и неисчерпаемого источника энергии открывает пути использования природоподобных технологий, обладающих минимальным отрицательным воздействием на окружающую среду. В этих технологиях исключаются высокие энергии и высокие градиенты температур, столь опасные для хрупкого и тончайшего слоя биосферы, а ей, соответственно, противопоказаны атомные и термоядерные энергетические процессы, нарушающие равновесие биосферы. Особенно это относится к тяжким последствиям аварий, которые не могут быть полностью исключены. Не видно пока рациональных решений по захоронению ядерных отходов и консервации атомных станций.

Концепция и модель информационно-энергетического пространства Вселенной, а также модель сознания и подсознания в номогенезе Универсума позволяют, например, предположить наличие в клетках живых систем когерентных лазерных процессов и процессов холодного ядерного синтеза, идущих на базе каталитических реакций. Столь же перспективны исследования, опирающиеся на идею голографичности и фрактальной структуры Вселенной: здесь уже не фантастика, а реальные сверхсветовые скорости взаимодействий.

Именно эти предпосылки позволяют надеяться на то, что новые парадигмы развития цивилизации помогут ей, изменяя мировоззренческие и технологические постулаты, уберечь человечество от ожидающей его нравственно-экологической катастрофы. Необходим переход от агрессивного к конструктивному мышлению современного научно-религиозного рационализма.

Ответ скептику. Ознакомившись с вышеописанными моделями, сугубо практически настроенный читатель вправе, однако, спросить: ну, ладно, — пусть совершенствуется душа, растет дух и наша любовь к Творцу… Но ведь ощутимая отдача для меня лично тоже должна быть! Многие, а их в развитых регионах планеты подавляющее большинство, ни в Бога, ни в Душу не верят. Но хотят, однако, уцелеть в глобальном кризисе. Что даст им, прагматикам рынка и рубля, новая парадигма?

К счастью, Бог посылает свет знания на всех, и на неверующих тоже. Поэтому духовная сторона IEV-концепции, предусматривающей наличие непроявленного мира, дополняется, как это ни парадоксально, сугубо практической его пользой. Но эта польза — не сиюминутная, а требующая изменения духовного облика. Взглянем еще раз на этот духовный облик. Прошедший век дал две страшные мировые войны, расцвет наркомании и терроризма, бесчинства электронных СМИ, массовые уничтожения ни в чем не повинных людей в концентрационных лагерях нацистской Германии и ГУЛАГа… И, наконец, сегодня сотни тысяч беженцев различных национальностей, попадающих в разряд бесправных меньшинств и продаваемых в рабство заложников, завершают картину абсурда бесчеловечности.

Для скептиков скажем, что непроявленный мир, которому мы условно приписываем статус квантового вакуума, содержит необходимые информацию и энергию для комфортного устроения жизни. Соответственно, все научные теории, вытекающие из новой парадигмы, вполне практичны, но они могут быть использованы только Духовным человеком! Научные идеи и идеи приятия Творца должны идти рука об руку: библейские знания тоже нужны современному культурному человеку. Сотрудничество человека с Богом и созданной им природой, опирающееся на приоритет любви и сотворчества, в священных писаниях первых веков носило название православный синергизм, или синергийность.

С другой стороны, в Откровениях Иоанна Богослова была нарисована картина Апокалипсиса, ожидающего человечество в том случае, если синергийность в системе “Человек – Творец” будет грубо нарушаться. Представляемая книга, по мысли автора, может служить небольшим скромным вкладом в поиске путей преодоления Апокалипсиса, процесс которого уже идет полным ходом. Однако в конце Откровения Иоанна Богослова сказано, что тех, кто преодолеет испытания Апокалипсиса, вновь ожидает чистое, светлое небо и новая земля. Будем на это надеяться!

В заголовке работы стоят слова — целостное миропонимание. Целостность здесь мы понимаем в нескольких смыслах: единство проявленного и непроявленного миров, т.е. тела и духа; целостность систем “Природа – Человек” и “Земля – Человек – Космос”; единство экологического и этического подходов; целостность физического и метафизического описания мира.

В заключение заметим, что ряд положений и подходов автора носит весьма неортодоксальный характер. Непривычно воспринимается сама IEV-модель и, особенно, ее краевые условия, имеющие метафизический характер. Необычными являются также “пересечения” естественнонаучных и религиозно-философских концепций. Фактически иногда происходит диалог с заинтересованным читателем. Поэтому автор вполне осознает дискуссионный характер работы и ее личностную поисковую окраску.

 

 

Рекомендуемая литература

 

 

Международный общественно-научный центр "Экоэтика"